Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Силовики объявили в розыск беларусских издателей
  2. Данные сайта «Обращения.бел» утекли, но об этом молчат. Неизвестные выложили и сами жалобы — посмотрели
  3. Бывшая уборщица купила коттедж в элитном районе Минска, который изначально стоил почти миллион долларов
  4. «Мы здесь навсегда или есть шанс вернуться в Беларусь?» Виктор Бабарико — о первых итогах его нового проекта
  5. Для сдающих в аренду жилье хотят пересмотреть налоги
  6. «У Лукашенко советский культ труда». Спросили у Шрайбмана, отреагируют ли власти на то, что в 2027-м почти все праздничные дни пропадут
  7. БАТЭ был гегемоном в беларусском футболе, а сейчас борется за выживание. Рассказываем, как до этого дошло
  8. «Не хочу осознавать, что тебя больше нет». 17-летний парень, которого затянуло в вентустановку, был единственным ребенком в семье
  9. Еще одного производителя обуви признали экономически несостоятельным
  10. Как будто две разные Беларуси. Сравнили, как живут в самом богатом и самом бедном районах


В Гомельском областном суде вынесли приговор Владимиру Бутьковцу, которого признали виновным в «создании экстремистского формирования» — группы в соцсети, где гомельчанин публиковал новости про белорусский язык. Его осудили на три года колонии усиленного режима, сообщает правозащитный центр «Весна».

Владимир Бутьковец. Фото: "Весна"
Владимир Бутьковец. Фото: «Весна»

Приговор вынес судья Роман Царюк — он признал Бутьковца виновным в «создании экстремистского формирования» (ч. 1 ст. 361−1 УК) из-за группы «За адзіную дзяржаўную мову ў Беларусі», которую тот администрировал.

Владимир Бутьковец был задержан 5 сентября прошлого года и приговорен к семи суткам ареста за «распространение экстремистских материалов». Вскоре в одном из провластных телеграм-каналов появилось «покаянное» видео, где молодой человек говорит, что модерировал и выкладывал новости о белорусском языке в паблике, признанном «экстремистским формированием».

Бутьковец — бывший научный сотрудник. Летом 2022 года его уволили с работы как «политически неблагонадежного». Он пытался отстоять свою позицию в рамках закона, подавал многочисленные обращения и жалобы, но безрезультатно.