Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Так получилось в этом 2027 году». Скоро у нас «сгорят» шесть выходных — спросили у Минтруда, почему они не меняют систему
  2. Беларуска получила тяжелые ранения в результате атаки БПЛА в Брянской области. Ей ампутировали конечности
  3. «У Лукашенко советский культ труда». Спросили у Шрайбмана, отреагируют ли власти на то, что в 2027-м почти все праздничные дни пропадут
  4. «Не хочу осознавать, что тебя больше нет». 17-летний парень, которого затянуло в вентустановку, был единственным ребенком в семье
  5. «Мы здесь навсегда или есть шанс вернуться в Беларусь?» Виктор Бабарико — о первых итогах его нового проекта
  6. Силовики объявили в розыск беларусских издателей
  7. Для сдающих в аренду жилье хотят пересмотреть налоги
  8. «Даже по меркам элитного сегмента сумма исключительная». В «поселке миллионеров» на Минском море продали дом за 4,5 млн долларов
  9. В Беларуси отменили концерты Шамана
  10. В Вильнюсе умер 29‑летний беларус. Предварительная причина смерти — внезапная остановка сердца
  11. Еще одного производителя обуви признали экономически несостоятельным
  12. «Нешта будзе добра!» Поговорили с авторами одного из главных беларусских альбомов последних лет о творчестве, смерти и надежде
  13. БАТЭ был гегемоном в беларусском футболе, а сейчас борется за выживание. Рассказываем, как до этого дошло
  14. «Говорил, что якобы был против власти». Узнали, как сидит в колонии человек, закрывший TUT.BY (и какую кличку ему там дали)
  15. Самый богатый район Беларуси больше не Солигорский. Посмотрели, где самые высокие и самые низкие зарплаты
  16. Как будто две разные Беларуси. Сравнили, как живут в самом богатом и самом бедном районах


Албанка прервала беременность после того, как узнала, что снова беременна дочерью. У женщины уже было три ребенка, все — девочки. Решение принималось в том числе из-за поведения мужа, ставшего более агрессивным, так как он хотел мальчика, пишет France 24 со ссылкой на AFP. Хотя об этом случае стало известно только сейчас, все произошло уже несколько лет назад. Но подобные селективные аборты продолжают делать, причем не так уж далеко от Беларуси — рассказываем.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / MART PRODUCTION
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pexels.com / MART PRODUCTION

«Чуть не убил меня»

Албанка называет себя Линой, так как не хочет раскрывать свое настоящее имя. Во время общения с журналистами 40-летняя женщина была в слезах.

— Когда мой муж узнал, что наш четвертый ребенок снова будет девочкой и что я не смогу родить ему мальчика, он стал настолько агрессивным, что чуть не убил меня, — рассказала Лина. И добавила: — Я была готова рискнуть своей жизнью, лишь бы не рожать этого ребенка.

В Албании прерывание беременности разрешено до 12-й недели, притом что пол ребенка становится возможным определить лишь после 14-й. Обычно это узнают и вовсе лишь на 18-21-й неделях. На таком сроке аборт делают лишь в исключительных случаях и по специальному разрешению врача. Прерывание беременности в связи с полом ребенка в стране считается незаконным.

В итоге Лина прошла через подпольную процедуру аборта, которую делали в антисанитарных условиях. Несмотря на то, что с того времени прошло уже три года, женщина до сих пор страдает от проблем с половыми органами, вызванных тем вмешательством.

Такие истории становятся возможными, потому что в албанских семьях живет традиция надеяться на рождение наследника, то есть мальчика. Это объясняется стремлением сохранить фамилию и продолжить род. Наличие у пары только девочек для албанцев означает смерть семьи. В 2015 году малайзийское издание New Straits Time, когда писало об Албании, даже называло беременность дочерью «непростительным преступлением».

— Когда родители узнают, что ребенок женского пола, они по разным причинам решают сделать аборт, а не сохранить его, — пояснила Мануэла Белло, представительница Фонда ООН в области народонаселения в Албании. — [По нашим оценкам] за последние десять лет около 21 тысячи девочек в стране так и не родились.

Согласно опросу ООН, примерно в каждой четвертой албанской семье, где уже есть дочь, признались, что скорее выберут аборт, чем родить еще одну девочку.

На Балканах такое не редкость — исследователи и активистки бьют тревогу уже давно

В 2000–2020 годах Албания стала четвертой в мире по величине разницы рождаемости мальчиков и девочек. По данным, опубликованным France 24, в этот период времени на каждые 100 рожденных девочек приходилось 111 мальчиков, в то время как естественная биологическая разница составляет 100 к 105.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Подобная проблема существует не только в Албании, но и во всем регионе. Такая же ситуация и в Косово, и в Северной Македонии, и в Черногории, где из года в год тоже на 100 рожденных девочек приходится по 111−113 мальчиков. Исследователи отмечают, что об этом все еще недостаточно говорят.

— В последние десять лет (имеются в виду 2011−2021 годы. — Прим. ред.) международные и местные организации обратили внимание на проблему <…>, но о ней все еще не хватает академических исследований, — рассказывала антрополог из Латвии Диана Дубровска. — Трудно ответить на вопрос [о том, видят ли проблему региона другие страны]. Например, когда я говорила на эту тему в Латвии, люди удивлялись: они не знали, что подобные идеи и практики живут в Европе.

Причем иногда они поддерживаются даже на высоком уровне. Например, в 2021 году Драган Иванович, тогда бывший членом черногорского парламента, заявил, что «каждый гражданин имеет право влиять на воспроизводство своих детей». Эти слова вызвали гнев лишь представительниц движений за права женщин, но не коллег по законодательному органу, хотя селективные аборты в этой стране запрещены законом.

— Есть прямая связь между патриархальными нормами в обществе и приоритетом сыновей по сравнению с дочерьми, — констатировала Майя Райчевич, глава Центра за права женщин в Черногории.

Тенденция, впрочем, заметна не только на Балканах. Похожий разрыв существует, например, в Индии и Китае (там он заметнее всего), а также в странах Среднего Востока.